13:00 

esplodio
open up your eyelids and let your demons run
Название: Отсутствует.
Автор: esplodio
Бета: нет, к сожалению(
Пейринг: Мукуро/Тсуна
Рейтинг: R
Размер: драббл
Жанр: songfic.
Дисклаймер: персонажи принадлежат Амано Акира.
Примечание: Написано на песню Son of Rust "Violator".
Размещение: с указанием авторства.

Кислотные вспышки разрывают потолок над танцполом: искусственное небо дробится синтетическими огнями, искусственная музыка забивает сознание, мысли и чувства, застилает взгляд слепящая белизна нереально-яркого света.
Тсуна смотрится на танцполе нелепо - маленький японский мальчишка в претенциозно-красной футболке и джинсах, изодранных не искусственно, а об асфальт, о десятки маленьких предметов и преград, фальшивых и не очень. Ноги в истоптанных кедах осторожно, нерешительно еще переступают с места на место в нехитром ритме, в встрепанных каштановых волосах отсвечивает неон, глаза чуть зажмурены.
Музыка ведет, кружит, смыкается вокруг электрическим пьяным водоворотом.
What's behind the mask?
Is there anything left inside?
What dreams of these are real?
What secrets do you hide?

Музыка - нет, чужие уверенные руки обнимают и ведут, влево-вправо, плавно, будто он покачивается на морских волнах. Губы скользят по изгибу шеи вверх, накрывают мочку уха, смыкаются, целуют, опять скользят. Внизу живота горячим сгустком собирается возбуждение, тягучее, настойчивое как чужой шепот, как легкие прикосновения пальцев под чуть задравшейся футболкой, вверх-вниз, от пупка к кромке джинсов.
Тсуну ведет так, будто он наглотался таблеток, не иначе - неистово, нереально, почти искусственно.
Тсуну ведет - Тсуну ведет Мукуро, настойчиво сквозь огни и дымовые завесы, в прохладный сумрак за стенами клуба, "Тебе здесь не место, Тсунаеши-кун", пять шагов до дороги, где так легко поймать такси. Они целуются на заднем сиденье, Тсуне неуютно в повлажневшем белье, твердый член болезненно упирается в жесткий шов на джинсах, жарко, пьяно, нереально...

На улице обычная летняя ночь; из окна обдает прохладным ветром, когда Савада, резко дернувшись, садится в кровати, сжимая пальцами с побелевшими костяшками край одеяла, тяжело дыша. Капелька пота сбегает по виску, в паху горячо и твердо.
Why do I keep dreaming you're here to save me?

Название: Starfalls.
Автор: esplodio
Бета: нет, к сожалению(
Пейринг: TYL!Мукуро/Тсуна, TYL!Мукуро/TYL!Тсуна за кадром.
Рейтинг: R
Размер: драббл
Жанр: недоангст
Дисклаймер: персонажи принадлежат Амано Акира.
Размещение: с указанием авторства.

Lay your head down child
I won't let the boogeyman come
Count the bodies like sheep
To the rhythm of the war drums
© A Perfect Circle, "Pet".


За мутным оконным стеклом рассыпаются звезды, стремительными серебристыми линиями прошивают ночь и исчезают где-то на полпути к горизонту. Темная комната то и дело освещается их холодными предсмертными всполохами. Стоящий у окна Тсуна едва уловимо вздыхает, завороженный этим зрелищем.
- Красиво…
Мукуро не считает это красивым. Умирающие звезды кажутся ему десятками, сотнями разрушенных Бьякураном параллельных миров – возможно, так и есть. Но пока Тсуна думает о звездах, а не о чем-то другом, все хорошо. Поэтому Рокудо соглашается.
- Действительно красиво, Тсунаеши-кун.
Тот чуть вздрагивает, всполошенный звуком чужого голоса, затем рассеянно кивает. Они нечасто говорят: Мукуро слишком отвык говорить вслух после Вендикаре, а Тсуна…
…а Тсуне есть, о чем помолчать.
С тихим, хрупким звоном дрожат стекла – и Савада настораживается опять, отшатывается от умирающей сказки за окном – назад, во мрак заброшенного дома, который тут же жадно смыкается вокруг него, сглаживает мальчишескую худобу, затемняет взъерошенные волосы, прячет панику в глазах. Он боится – слишком боится разглядеть на горизонте фигуры солдат Миллефиоре, и Мукуро это понимает. Мукуро видел – своими и чужими глазами, – как эти солдаты громили базы, убивали защитников, союзников и членов Вонголы, вытесняли ненавистную им семью с начертанных на белом карт никому не нужного «нового мира».
Рокудо прекрасно знает, чего боится Тсуна. Именно он выводил маленького босса с охваченной огнем и паникой базы, уводил прочь насильно, не позволяя ринуться назад, в сражение, достойное седьмого круга ада, чтобы помочь остальным. В поступке Мукуро не было ни капли благородства – только жадное, эгоистичное желание сохранить хоть тень того человека, которого он любил и потерял уже один раз.
- Иди сюда, - зовет он мягко, и Савада – по-прежнему настороженно относящийся к нему Савада – подчиняется неожиданно легко. Подходит, позволяет усадить себя на колени, дышит в испачканную пылью и кровью рубашку. Рокудо гладит его по голове, мягко перебирает волосы – прядка за прядкой, шелковистые, гладкие, цветом даже сейчас напоминающие растопленный янтарь.
Этот Тсуна не верит ему так, как Мукуро привык. Этот Тсуна не знает их истории, написанной в памяти за последние десять лет. Но он потерял связь с остальной Вонголой, и все, что осталось – худой, непривычный ему человек с иссиня-черными волосами, поющий странные колыбельные на английском и итальянском.
Рокудо хочется сжать его в объятьях так, чтоб захрустели кости – так, чтобы можно было до боли сильно ощутить: он еще здесь. Солдаты Бьякурана не нашли, не похитили, не убили. Но он не хочет его спугнуть.
- Мы когда-нибудь вернемся? – вопрос, который Тсуна проговаривает куда-то ему в ключицы, такой привычный – и такой болезненно-безнадежный.
- Вернемся, - такой болезненно-безнадежный, что лгать мальчику совсем нетрудно. – Спи.
Мукуро опять начинает петь – негромко, пока Тсуна не засыпает.
Сколько им еще осталось?
За мутным стеклом обреченно рассыпаются звезды.

Название: Минус десять сантиметров.
Автор: esplodio
Бета: нет, к сожалению(
Пейринг: Мукуро|Тсуна, Гокудера эпизодически.
Рейтинг: PG-13.
Размер: мини
Жанр: джен.
Дисклаймер: персонажи принадлежат Амано Акира.
Примечание: Написано для Том Риддл по его же заявке х)
Размещение: с указанием авторства.

- Десятый! – запыхавшийся Гокудера догоняет его у школьных ворот. – Десятый, подождите!
Тсуна – привычно растрепанный, непривычно улыбающийся – останавливается, поворачивается к нему, смеряет верного пса сочувственным взглядом. Круглое, детское еще лицо портят трещины, правильными линиями змеящиеся по щеке; взгляд неожиданно цепок и насмешлив; в правом алом глазу черной кляксой застыл иероглиф.
- Тяжело, наверное, бегать и так орать одновременно…Гокудера-кун? – насмешливо спрашивает он.
Хаято резко сощуривается, напрягается, с ненавистью глядя в разноцветные глаза «босса».
- Твою мать, Мукуро!
Тсуна – нет, Рокудо в теле Тсуны – смеется. Кажется, ему нравится так развлекаться.
Его собственное тело – разбитое, обглоданное огнем и чужой магией – лежит в реанимационной палате клиники Намимори. Они называют это реабилитацией. Мукуро называет это издевательством.
В привычной, родной оболочке теперь тяжело находиться постоянно: сознание мутится от тупой, слабо заглушенной антибиотиками боли, и хочется выть, кусать и без того разбитые, кровоточащие губы, и думать только о том, как бы поскорее отключиться. Эта оболочка искорежена, недееспособна, и Рокудо каждый раз давится злостью при мысли о том, что сотворили с его телом. В чертовых вонгольских битвах во имя призрачного добра противников этого самого «добра» не слишком-то стараются щадить, даже если они находятся в чужом теле – теле того, кто, пусть и вынужденно, находится на стороне Вонголы.
А Хром лежит в соседней палате, ослабевшая после контроля Деймона, и даже войдя в ее сознание, он увидел бы то же самое: попискивающие приборы, трубочки, блеклый букет на подоконнике, выбеленный больничный потолок.
Поэтому Мукуро не входит в ее сознание. Он остается в своем, мечется, потому что обезболивающего, кажется, всегда мало, расцвечивает палату черными лилиями, пахнущими гнилью: ему кажется, так должно пахнуть его тело, несмотря на старания медиков и целебное пламя солнца. Рокудо стонет, огромные уродливые стебли цветов устилают пол палаты, пугая персонал; Вонголе приходится хорошенько повозиться, разбираясь с последствиями этих неосознанных иллюзий.
Так происходит до тех пор, пока не приходит Савада Тсунаеши – все понимающий, ненормально добрый Савада Тсунаеши – и сам подносит рукоять трезубца к своей руке, ведет по ладони, оставляя неглубокий порез на светлой, перепачканной чернилами коже. Раскрывая перед Мукуро свое разум. Впуская.
- Кажется, ты свихнулся, Тсунаеши-кун, - насмешливо хрипит Рокудо со своей кровати. Тем не менее, он доволен: маленький вонгольский босс так глуп в своем сочувствии, что даже не понимает последствий такого поступка. Мукуро думает о том, что теперь может сделать с его телом все, что угодно. Мысленно он перебирает множество вариантов, начиная от изначального плана по свержению мафии, и заканчивая десятками не слишком невинных шуток; возможности будоражат и пьянят – настолько сильно, что на какое-то время он забывает даже о боли.
Рокудо очень доволен.
Настолько, что даже борется с болью до последнего, чтобы оттянуть долгожданный момент захвата тела.
Настолько, что забывает о важном.
В сознании у Тсуны ясно, просто и светло – невероятно светло. Мукуро ощущает непривычную для него странную легкость, спокойную радость и тепло. Это…странно: обычно сознания других похожи на мрачные лабиринты с изъеденными ржавчиной стенами, насквозь пропахшие болью, безысходностью, гневом, страхом. Только разум малышки Хром другой – бескрайний зеленый луг с диковинными цветами, высокими деревьями и плывущими по небу белыми облаками, каждое из которых обязательно особенной формы. Там спокойно.
Спокойно и здесь. Над головой – чистейшее небо, вокруг – простой красочный мир четырнадцатилетнего мальчишки, где все хорошо и все – друзья. Чужое тело повинуется легко и просто, боль в собственном, обожженном, отступает за грань сознания, и какое-то время Рокудо просто наслаждается этим. Ходит. Дышит.
С высоты в минус десять сантиметров все кажется удивительно другим – простым, легким и свободным. Мукуро хорошо. Ему хочется забавляться.
Хранители Тсуны явно предупреждены о нем, но это не отменяет их удивления, настороженных взглядов, раздражения Гокудеры, которое ощущается кожей. Сперва он дразнит их – Хаято, в частности, - одним своим присутствием, позже появляется внезапно: Хранители вздрагивают, когда круглое, невинное лицо Тсуны вмиг исполосовывают серые трещины, а глаз вспыхивает алым. Хранители нервничают, срываются, злятся.
Когда не выдерживает даже Ямамото, Мукуро приходит в восторг.
А потом все прекращается – будто резко захлопывается дверь, отрезая его от сознания Тсуны, возвращая в омерзительный мир таблеток, спутанных проводов и глухой боли. Рокудо приходит в себя постепенно – в этом теле это довольно сложно, - анализирует происходящее.
Ему хочется вернуться. Очень хочется. Но тело Вонголы Дечимо, как выяснилось, далеко не его персональный сосуд. Проклятое пламя Посмертной Воли теплится в нем постоянно – это оно отвергло Мукуро, вытолкнуло его из сознания Тсуны спустя какое-то время как какого-то дурацкого паразита.
И это кажется Рокудо невероятно унизительным.
Впрочем, другого выбора у него нет: или временные передышки в сознании нарочито-добродушного вонгольского мальчика, или бесконечный, изматывающий седьмой путь ада – огромная, напичканная техникой реанимационная палата.
А Мукуро вовсе не мазохист. Что бы там остальные не считали.

***

- Ты избегаешь своего босса, Гокудера-кун? – издевательски тянет Рокудо, приглаживая вечно встрепанные каштановые волосы.
Хаято спокойно смотрит на лицо «Савады»: привычные глубокие трещины распарывают его почти с геометрической точностью, искажают привычный образ его босса. Но реагирует спокойно – как назло.
- Опять ты, Рокудо? Давно тебя не видно было.
Мукуро в ответ только морщится.
Он появляется в теле Тсуны третью неделю. Не только Гокудера Хаято – уже и все остальные реагируют на него спокойно. Смотрят понимающе. Едва ли не жалеют.
Кажется, в следующий раз стоит убедиться, что никого из Хранителей не будет рядом. Кажется, ему уже не нравится так развлекаться.

@темы: Фанфик, R, PG-13

   

Пятый путь - путь людей

главная